Глава 16. Нефритовый козырь

victoriarosso Автор: victoriarosso
Проект: Полночные тени

Опубликовано:

Поделиться:


Исиил вышагивал мерными шагами недалеко от обеденного стола, за которым собрались все представители моего маленького, сумасшедшего мира. Кухню заливал тусклый свет от зажжённых свечей по периметру дома, а в камине потрескивали бревна, заполняя тишину вокруг нас. В углу комнаты монотонно тикали старинные часы с маятником, а пальцы Адама отбивали по керамическому стакану раздражающие нотки. Молчание было неловким, напряженным и слишком затянутым, словно, в ожидании ядерного взрыва. Собственно, было и без слов понятно, что в голове вампира назревает мини-апокалипсис, который разнесет в клочья все мои доводы. Нужно было убедить их в своей правоте, при этом, говоря абсолютную ложь, и результаты пока не спешили оправдывать мои надежды.
— Нет, нет и, еще раз, нет. Мой план разрабатывался и просчитывался годами, а с твоей спешкой, мы только подставим собственные шеи для чужих клинков, – хищник остановился и оглядел присутствующих суровым взглядом, — вы считаете, что фразы «я в этом уверена», достаточно для безоговорочной победы? Не достаточно! – выкрикнул он и сел на свой стул, скрестив руки на груди.
Стало как никогда понятно, что последний шанс на спасение жизни двух жнецов кроется в самом абсурдном заявлении – сказать им ложь, с упоминанием правды.
— Ты хочешь выступать через два дня лишь по одной простой причине: необходимость моей осведомленности в сумеречном мире и его серых закоулках. Какой в этом смысл, если я прямиком отправлюсь в логово Азриэля? – я облокотилась на стол и внимательно посмотрела на красноглазого мужчину, — мне не нужно знать сумрак, чтобы добраться до врага, я сделаю один прыжок и окажусь в положенном месте. Если ты хочешь победить, мы обязаны выступить этим утром, иначе, окажемся в ловушке.
— Сдается мне, флир, ты знаешь то, чего не знаем мы. Не хочешь поделиться? – Исиил прищурился, пытаясь выведать необходимые мысли в моей голове, но, судя по нервным желвакам на скулах, успех обошел его стороной.
— Не получается? – спросила я, ехидно улыбнувшись и приподнимая одну бровь.
— О чем ты? – вампир попытался сделать безразличное и спокойное лицо, но воздух между нами можно было поджечь горелыми спичками.
— Просканировать мои мозги. Неужели, не получается? Какая досада…
— Так, о какой ловушке идет речь? – Ноэль пододвинулся ближе и положил свою ладонь на мою руку, в его глазах играло беспокойство и подозрение, — хотелось бы понять, что внушает тебе такую уверенность?
— Азриэль знает о нашем нападении через два дня. Он сам дал понять это, когда я встретила его в лесу несколько часов назад, — все замерли с изумленными лицами, будто видели меня в первый раз. Кажется, они даже не дышали, — теперь, наше главное оружие – это неожиданность и внезапность, иначе, нам прямая дорога в лапы тысячи гнилых демонов. Получается, Исиил, что мое нынешнее предложение гораздо выигрышнее твоего многолетнего плана.
— И ты говоришь нам об этом только сейчас? – Ноэль выпустил мою руку, отчего в груди кольнуло острой болью, — такое ощущение, что ты вообще не собиралась об этом рассказывать, в том числе и мне. О чем ты думала? Разве о таких вещах стоит умалчивать?
Я пыталась выглядеть уверенно и непринужденно, хотя в душе бурлила тревога. Пыталась не смотреть в темно-медовые глаза, наполненные горечью, но не получалось.
— Разве в этом была необходимость? Мне ничего не угрожало, Ноэль, потому что, не смотря на ваши слова о его бесстрашии – ангел всё же боится меня. Хотел запугать, угрожал, сказал, что этот мятеж обречен и просил отступить, пока не поздно. Я просто опираюсь на свои догадки, какая разница, на чем они основываются?
— Большая разница, Хлоя, очень большая и очень ощутимая, черт возьми! – жнец рывком отодвинул стул и вышел из-за стола, направляясь к входной двери, остановившись в шаге от нее, — мне не важно, что ты скрыла это ото всех, важно, что ты скрыла это от меня. О каком доверии, в таком случае, может идти речь?
Парень растворился в темноте улицы, оставив меня с тихо плачущим сердцем. Я закусила нижнюю губу, чтобы казаться сильнее и выносливее, но что-то стремительно ломалось внутри. С громким, звенящим треском. Ломалось и царапало кожу своими осколками, оставляя невидимые шрамы. Если бы ты знал, Ноэль, если бы только знал, чего мне стоит молчание. Если бы только догадывался, что предстоит пережить. Винить тебя нет смысла, даже несмотря на то, что боли стало гораздо больше.
— В суждениях Хлои есть четкий смысл, — поддержала меня Тильда и откинулась на спинку стула, скрещивая руки за головой. Её красная футболка привлекательно облегала грудь, и обращала на себя внимание доброй половины мужчин, сидящих за столом, — Азриэль не дурак и прекрасно знаком с правилами игры. Что мешало ему подослать сюда своих черноглазых приспешников и выведать наши планы? Не забывайте, Вардана до сих пор на его стороне, не стоит забывать о её способностях перевоплощения. Я соглашусь с Хлоей, нужен эффект внезапности.
В этот момент, я была готова сорваться с места и убежать, как можно дальше и как можно быстрее. Тильда, что же ты делаешь? Знала бы ты, что помогаешь организовать собственную смерть и смерть всех твоих собратьев, которых так мечтала спасти. Господи, ну почему все должно быть так сложно? Почему в моей жизни, всегда и всюду, сплошные сложности?
— Если брать во внимание осведомленность Азриэля, то вариант флира нам подходит больше, согласен. Но, мне нужно посоветоваться со своим народом, обдумать новые факты и прийти к единогласному решению, — вампир встал из-за стола и кивнул своей матери с просьбой проследовать за ним. Фриза тоже покорно кивнула и, окинув нас своим уставшим взглядом, медленным шагом отправилась к лагерю.
Комната снова погрузилась в молчание. Я чувствовала на себе любопытные взгляды, но лишь задумчиво наблюдала за танцующим огнем одинокой свечи, стоящей на противоположном окне. Мои мысли звенели пустотой и, если честно, заполнять её не было желания. С каждой новой минутой, я приближалась к самому ужасному поступку за всю свою жизнь. С каждой новой секундой, я приближалась к неизбежности, и это не приносило счастья. Да, я люблю Ноэля. Да, я готова ради него…
…Я готова встретиться с этой неизбежностью, будь она проклята!
Турио чуть слышно покашлял, вырывая из размышлений, и я вопросительно уставилась в добрые, карие глаза. Оказывается, на меня смотрели все трое, даже Адам не был исключением. И эти взгляды означали одно: «Почему ты еще здесь?».
— Ты должна поговорить с ним, ведь неизвестно, чем закончится следующее утро, — выпалил МакКейн и опустил голову, рассматривая незамысловатый узор на деревянном столе. Могу представить, насколько сложно ему далось это предложение, — он, действительно, любит тебя и…понимает, в отличие от других. Я бы точно не смог сравниться с ним, окажись на его месте и придется с этим смириться. Хлоя, этот парень, как никто другой, заслуживает твоих объяснений.
— Мне стоит извиниться не только перед ним, — я встала из-за стола и замерла за спиной парнишки, которого тоже успела обидеть ни один раз, — знаешь, Ноэлю я многое недосказала, а вот тебе наговорила лишнего…прости. Остальные объяснения сейчас мало что изменят, поверь мне.
Я легонько похлопала его по плечу, и направилась вглубь дома, чтобы закрыться за единственными дверями, что отделяют маленькую комнатку от гостиной. Мне нужно было побыть одной, так же, как и Ноэлю. Идти вслед за ним бессмысленно, он имеет право злиться. Мне просто нечего ему сказать, а врать в который раз – выше моих сил. Я устала всем врать. Пора покончить с этим, и жить дальше с двумя мыслями: той, что Ноэль жив и той, что я убийца.
В маленькой комнате было темно и уютно. Немного пахло сыростью и мхом из приоткрытого окна, доносились ароматы древесной коры и прелой листвы, что стелилась под ногами. Лунный свет едва ли просачивался внутрь, и отбрасывал прозрачную тень от могучего дерева на одну из стен. Я прилегла на скрипучий, старенький диван, скрестив руки за головой и мечтала, чтобы время ускорило свой бег. Вариться в собственной тоске, ненависти, злости, отчаянии в конце концов, просто невыносимо. Это отравляет тебя изнутри. Заставляет чувствовать свою ничтожность. Впрочем, мне ли привыкать к подобным ощущениям? Меня часто накрывало волной отчаяния, очень часто – ничтожности, и крайне часто – тоски. Судьба и карма всегда имели на меня свои коварные счеты. Словно, играли в карты, а на кону была моя жизнь. Закрыв глаза, я выровняла дыхание и прислушалась к биению своего сердца. Поймав безмятежный, размеренный ритм, я позволила себе постепенно проваливаться в сон и забыть, хотя бы на час, о бесконечном волнении. Я дала волю сознанию, разрешая окунуться в морфийное царство и потерялась в кристаллической тьме, что созерцалась яркими вспышками света. Я все-таки смогла обрести это забытое спокойствие, пусть даже на короткие шестьдесят минут. Жаль, что рядом сейчас нет того, с кем очень хотелось бы поделиться таким приятным состоянием умиротворения.

~

Пристальный, нервирующий взгляд Ноэля, встретил меня в первую же секунду моего пробуждения. Жнец сидел на краю дивана, закинув ногу на ногу и буквально сжигал меня испепеляющими медными глазами. Причина была прозрачной, как утренняя роса на зеленой траве, но разве я заслужила такое призрение? Именно это читалось по его лицу. Самое настоящее призрение, и в этом сложно ошибиться. Сердце ёкнуло, а в груди растеклась горячая, ноющая боль. Кажется, это конец. Кажется, после подобного взгляда, больше нет будущего. Я попыталась подняться, но рука парня резко преградила мне путь, опираясь на спинку дивана. По телу проскользнули миллион иголочек, покалывая кожу и, на какое-то мгновение, я испугалась. Эта ледяная отстраненность и безразличие в движениях, заставили меня поддаться тревоге. Я никогда не боялась Ноэля. Никогда не замирала от страха. До сегодняшнего момента.
За окном все еще царила ночь и только багровые облака на небе предупреждали о приближающемся рассвете. Тихо щебетали лесные птицы, чье пение отголосками доносилось с прохладным ветром, а тени на стенах растворялись в серебристых бликах от исчезающей луны. Я так и осталась сидеть, практически упираясь в его вытянутую руку, которую он не собирался убирать с моего пути. Волосы Ноэля были небрежно растрепаны и пахли только влажностью. Видимо, он долго находился на улице и одежда насквозь пропиталась лесными ароматами, вперемешку с гарью от разведенного вампирами костра.
— Ноэль, я не знаю с чего начать этот разговор, потому что ты меня пугаешь…
Он пристально посмотрел на меня, прищуриваясь и лишь тихонько хмыкнул, убирая свою руку. В комнате раздался громкий стук в дверь, и Тильда тут же прервала нашу недолгую, но такую мучительную и напряженную тишину. Кто бы мог подумать, что я буду однажды рада такому стечению обстоятельств, и дело не в том, что поведения Ноэля вводило в заблуждение. Дело в том, что я отлично понимала причину этого поведения, хоть и не рассчитывала на такой итог.
— Спешу вам сообщить, что решение принято. Мы выступаем через несколько часов и пора обсудить все детали. Ждем вас за столом, — вампирша осведомила нас коротко и ясно, вновь скрываясь из вида.
— Отлично, чем быстрее все это закончится, тем лучше, — жнец ухмыльнулся и обратил на меня свой взор, — надеюсь, ты больше не разочаруешь нас и будешь следовать намеченному плану. Без обманов, Хлоя, потому что на кону слишком много жизней. Важных жизней, если быть точнее.
Я сглотнула ком, который застрял в горле и боролась с желанием раскашляться от неожиданно пересохшего горла. В его голосе было столько яда и злости, что от этого хотелось завыть и уткнуться носом в подушку. Так много, что хотелось забыть обо всех договоренностях и пуститься в бег. Потому что, я не смогу более выносить эту тяжесть в наших разговорах. Не важно, чем закончится сегодняшнее утро.
— Не ожидала от тебя такой реакции. Чего угодно, Ноэль, но только не…
Слова перестали иметь хоть малейший смысл, ибо мой личный мистер-совершенство встал и быстрым шагом отправился в кухню, не обернувшись, не проронив и звука. Не стоит говорить, что слезы перестали быть частью меня, покидая глаза и оставляя на щеках мокрые следы. Не стоит говорить, что я всё равно спасу ему жизнь, даже утопая в ответной ненависти. Ноги с трудом коснулись пола, подкашиваясь от губительной слабости и разрывающей боли. Не физической, а душевной. Эта боль куда сильнее, гораздо избирательней и намного опасней. Эта боль знает, где нужно ударить в первую очередь, и в каком направлении пустить свои вездесущие корни. Её не так просто исчерпать, и прогнать её тоже не просто. Эту боль, можно только выжечь другими чувствами или, в редких случаях, заглушить. Хочется верить, что любовь Ноэля всё еще способна вспыхнуть и превратиться в прежнее пламя, выжигая мою боль.
Я вышла в гостиную, стараясь как можно незаметней пробраться в уборную. Прохладная вода являлась острой необходимостью, а не попыткой спрятаться от любопытных взглядов. Нужно было как можно скорее избавиться от пылающих щек, что выдавали мое волнение и усмирить трясущиеся руки, что дрожали, как листья на осеннем ветру. Все удобно расположились в кухне, а Тильда догнала меня, вручая комплект из новой серой футболки и узких черных штанов. Хищница ожидающе приподняла брови и еле заметно улыбнулась.
— Меня устраивает моя нынешняя одежда, — сказала я, кивая на свои джинсы и рубашку.
— Хлоя, ты по щиколотку в засохшей грязи, а зеленая трава оставила красивый узор на твоей спине. Если побеждать, то только не в этом.
Сдавшись под такими неоспоримыми фактами, которые были важны только для вампира, я послушно кивнула и закрыла на щеколду обшарпанную, белую дверь. Звук капающей воды разнесся по маленькому помещению, куда свет поступал только от нескольких свечек и квадратного окошка, практически под самым потолком. Разглядеть обстановку было невозможно, и это волновало меня в самую последнюю очередь. Главное, нащупать раковину и быстро переодеться, не заставляя себя ждать.
Когда ледяная прозрачная жидкость, с трудом покидающая старый металлический умывальник, наконец-то охладила мое лицо, я натянула чистые тряпки и вышла к сторонникам, собравшимся за общим столом. Единственный свободный стул расположился возле Ноэля, и это не казалось удивительным. Мало кто догадывается, что произошло в его голове с момента уличения меня во лжи. Хотя, если подумать, это была лишь малая часть вранья и более безобидная, нежели вся остальная. Что же тогда будет, когда он поймет, что я собираюсь убить его подругу и заодно, чуть больше сотни невинных существ? Вряд ли он расстроится за всех, но вот Тильда, точно была близка жнецу, безоговорочно.
— Мы всё обсудили, флир, слово осталось за тобой, — Исиил развернулся ко мне полу-боком, жестом приглашая присоединиться к ним, — посвяти нас в свои действия, будь так добра.
Я глубоко вздохнула, собираясь с мыслями, и не спеша присела справа от Ноэля.
— Действий будет немного. Я сосредоточусь, почувствую местонахождение Азриэля, и тут же совершу прыжок, оказавшись в его логове. Переместить вас сразу к нему и миновать охрану не получится, после недавнего прыжка в горах выяснилось, что это отнимает ощутимое количество сил. Вам придется самим пробираться, используя эффект внезапности и вырубая демонов на своем пути, пока я буду сражаться с ангелом. Дальше по вашему старому плану: Исиил со жнецами делают прыжок за Книгой и присоединяются ко мне, чтобы забрать у Азриэля перо. Он хранит его при себе, но будет слишком занят мной, чтобы уследить за всем сразу. Вот и все.
Тот факт, что Ноэлю вообще не стоит появляться в поле зрения милых домашних питомцев, им знать не обязательно. Как и то, что весь их план пойдет прахом, как только мы пересечем границу миров.
— Ты ведь понимаешь, что убить его будет непросто? – отозвался Ноэль и покосился на меня, — подпись в этом случае не играет особой роли, потому что истинная, чистейшая жизнь может победить смерть и без Книги Обреченных. Полагаю, именно поэтому он так боится, ведь предсказания не меняются, да, Фриза?
Жнец посмотрел на вампира и довольно ухмыльнулся.
— Ты прав, предсказания не меняются и, если ему суждено погибнуть от рук Темного Флира, так тому и быть. Книга Обреченных – это источник бессмертия власти Азриэля, но не жизни. Хлоя сможет убить ангела, если приложит все свои усилия, отсюда и взялись понятные всем страхи. Но, если правитель умрет до того, как поменяется подпись – вмешается Высший Совет. Сначала передача власти, затем уже смерть. Сумраку это всегда было известно, к чему же тогда вопрос о моем предсказании, Ноэль?
— К тому, что вашей целью является только Книга, а наша главная задача – смерть Азриэля. Пока он жив, вы не достигните своей мишени, поэтому один из вампиров должен взять на себя некоторые обязательства, — парень откинулся на спинку стула и заметно расслабился, — на его стороне будут не только демоны, но и Адские Псы, а это главная проблема с которой в одиночку не справится. Тильда, — он снова напрягся, облокачиваясь на стол, — ты должна выжить при любом раскладе и пробраться к нам, прихватив с собой это.
Ноэль достал из кармана штанов три небольших круга, помещающихся в ладони. По нежному, голубоватому цвету они напоминали собой нефритовые камни, и были остро заточены на краях. Переливаясь бликами в тусклом свете, медальоны легли в изящную ладонь вампира.
— Это поможет в сражении с Псами, нефрит убивает любое бессмертное существо. Двое собачек всегда находятся рядом с Азриэлем, убивать их первыми нельзя, иначе трое других истребят всех заключенных вампиров в тюремном подвале. А среди них есть много пленных, имеющих для вас особую ценность, — жнец оглядел всех за столом, встречая заинтересованные взгляды, — что? Я вспомнил о своем тайнике на заднем дворе и припасенное там оружие должно заметно облегчить нам задачу. Вы даже не задумались о том, что у него на службе не только демоны, а все потому, что основная работа ложиться на плечи моей Хлои.
Моей…
Моей…
Эта фраза отчеканилась в голове и плотно засела там, согревая замерзшую душу. Но другие слова, сейчас играют более важную роль: «Ты должна выжить при любом раскладе». Стоит ли мне прислушаться к ним, нарушив договоренность? Возможно, если Тильда останется жива, то это оружие поможет мне перетасовать карты в свою пользу. Освободиться от гнетущих обязательств, избавляясь от главной угрозы – Адских Псов, а следом и от самого Азриэля. Я не могу забрать нефрит на глазах у врага, он будет следить за каждым моим шагом. Значит, осталось только придумать, как скрыть от вездесущего ангела одно бьющееся сердце среди сотни мертвых сердец. И, если это еще хоть как-то возможно, то сложнее всего будет передать единственной выжившей свою мольбу о помощи и прощении. Она должна прийти ко мне, даже после совершенного мною поступка, и что важнее, ей нельзя позволить использовать наше преимущество против псов, охраняющих чернокрылого паршивца на поле битвы. Иначе, трое других не только убьют пленных, до которых вампиру уже не будет никакого дела, но и отправят в изгнание созданий, ценных, в первую очередь, для меня.

Содержание
Следующая глава — Обман воображения
0 комментариев