Изба-читальня  /

Владимир Сорокин, "Манарага"

Владимир Сорокин, "Манарага"

В новом романе Сорокина жгут книжки. Вернее, на них готовят: фаршированную куриную шейку на рассказах Бабеля, стейк из тунца на «Моби Дике», порционные судачки на «Мастере и Маргарите», осетринку на прижизненном издании Достоевского. А Началось все со стейка, зажаренного на «Поминках по Феннегану». Книги здесь называют «поленцами» — кроме нужной прожарки они придают блюдам постмодернистский дымок духовности.
На этот раз Сорокин играет с нашими стереотипными представлениями о том, что сжигание книг — это примета тоталитарного общества. Неспроста в реальной жизни в своих фейсбуках мы всякий раз переживаем, когда кто-то выходит на борьбу с литературой.
Но, в отличие от „451 градуса по Фаренгейту“ в „Манараге“ книги жгут не из-за угрозы послушанию системе, а по более циничной причине: это модно и прибыльно. Здесь запрет не на чтение, а на уничтожение литературы. При этом в обоих произведениях за книжку в буквальном смысле могут убить.

Поэтому неприятное предвкушение чего-то жуткого не оправдалось. Новый роман — лёгкий, без людоедства, копрофагии и пыток, не считая двухметрового зооморфа, поедающего часть своей груди, приготовленной на “новом Заратустре» собственного сочинения. Вместо этого — тонкая ирония, пародийность и первобытный киберпанк.

«Манарага» притворяется производственным романом, написанным от лица повара. Подпольный специалист по жарке на русской литературе подобно киллеру разъезжает по миру со специальным кейсом и выступает с кулинарным перформансом на тайных букинистических вечеринках.
В сорокинской реальности больше не выпускается никакая печатная продукция, кроме денег. Книги — большая ценность и хранятся только в музеях и частных коллекциях.
В моду входит элитное гастрономическое шоу — готовить еду на горящих книгах. Эту причуду богачей объявляют преступлением против культуры и цивилизации, после чего образовывается подпольное поварское сообщество «bоok’n’grill» — настоящий синдикат со своей иерархией, финансами, службой безопасности, ритуалами и традициями.
Действие происходит в будущем, где после второй исламской революции и войны люди скрываются от мракобесов в лагерях для беженцев. Зато любой, у кого есть деньги, с легкостью может поменять внутренние органы или лицо, а также имплантировать в тело умных блошек с психосоматическими программами адаптации (они избавляют от болезней, предупреждают об опасности и подсказывают любую информацию). То, что происходит в сорокинском будущем, вовсе не фантастика и не антиутопия, а скорее закономерное развитие современных событий.

Символично, что нет в этом мире России, — одни лишь Уральские горы, где готовится план по выводу «книжного бизнеса» из тени. Чтобы осуществить смену элит и выйти на новый рынок, заговорщики хотят лишить литературу статуса элитного потребления и сделать ее массовым продуктом для всех. Эта коммерциализация высокого переживается героем-романтиком как личная драма, ведь искусству место не на кухне привокзальной столовой и даже не в понторезном ресторане нуворишей вне времени и пространства, а лишь на тарелке истинных гурманов, которые по достоинству смогут оценить вкус каждой его страницы.

Автор: Кристина Потупчик
0 комментариев