Блог barboss  /

Так мы играли в футбол

Правила и этика дворового футбола полувековой давности

«Наши игры были просты и всем понятны»
Аркадий Гайдар

Автор не претендует на полноту картины и с пониманием относится тому, что во дворах других городов могли существовать иные правила игры

В те далекие годы у мальчишек, гоняющих мяч во дворах, не было часов, и играли «на счет», то есть до того момента, когда одна из команд забьёт определённое количество мячей. Десять голов за игру как-то устраивало всех. Несколько позже появился и иной вариант – игра заканчивалась, когда количество голов, забитых обеими командами, достигало определённой цифры.
Правда, бывали исключения из правил. Это когда из окон доносились возмущённые крики родителей игроков, и «удалённых с поля» было столько, что игра прекращалась сама собой. Но это было, что называется, действие непреодолимой силы.
Начало игры то же было весьма своеобразным. Разыграть право первого удара с помощью монеты несложно, но не было нейтрального, незаинтересованного человека. А если кидать будет кто-то из своих, то «обиженные» всегда могут высказать претензию, что «это ваш Вася так специально кинул»,– и требовать повтора, но монета не могла ни зависнуть в воздухе, ни упасть ребром. И во избежание долгих споров все делалось несколько иначе.
Первый вариант назывался: «Что выбираете, мяч или ворота?» – т.е. одной из команд предоставлялось либо выбрать право первого удара, либо выбрать себе ворота. С первым все понятно, а вот ворота в те годы могли быть разными. Как в ширину, так и высоту. Что делать, если одни ворота представляли собой гаражные двери, а штангами других ворот были два дерева (или дерево и поставленный камень). Конечно, это создавало массу проблем – но об этом чуть позже. Выбрав «счастливые ворота» одна команда уступала другой право первого удара по мячу. И игра начиналась.
Но был и другой вариант. Он назывался загадочно «на три удара без движения». На самом деле все было просто: кто-то сильно подбрасывал мяч над центром поля, а все, замерев, стояли и ждали третьего отскока мяча от земли. После этого тот, кто первым успевал к мячу, начинал игру.
Большая часть правил самой игры практически не отличалась общепринятых. Но спорные моменты на тему – засчитать ли гол – возникали ежедневно. Все дело было в том, что судей в тех матчах не было. Все решалось либо чьим-то авторитетным мнением, либо миром. Играть хотелось всем, а тратить время на споры было как-то жаль.
Сетки на воротах по понятным причинам не было. Хорошо еще, если ворота металлические – вход в гараж. Тогда по звуку понятно. Но если это были два камня, а удар пришелся близко к «штанге» то приходилось рассчитывать только на честность вратаря, пропустившего гол. Но была еще и другая сложность – как определить высоту ворот? В этих случаях действовало правило «выше руки». Чьей руки – сказать сложно; почему-то это не всегда была рука вратаря.
Но самым загадочным был довод команды, пропустившей? мяч, «он, (т.е. вратарь) такой мяч не возьмет». Что имелось в виду за давностью лет сказать уже трудно, но довод был из «железных».
Поскольку играли на любом свободном месте, то понятия «штрафная» и «вратарская» площадки отсутствовали. Чтобы как-то ориентироваться, в основном, для определения места игры рукой, заранее договаривались о том, сколько это будет шагов от «дальней штанги». К сожалению, чьих именно шагов не уточнялось, а играли люди и разного роста, и разного возраста. Делать широкие шаги считалось некрасивым. А те, кто очень старался, нарывались на негативную реакцию, типа «твоими шагами только в туалет ходить».
Если в большом футболе зачастую возникают споры при определении положения «вне игры», то во дворах с этим было проще. Выяснять, где были нападающий и защитники в момент атаки почему то было не актуально, а вот сознательно находиться вблизи чужих ворот, стоять в офсае(именно так произносилось) считалось просто неэтичным. Даже своим такое не очень нравилось.
Самым странным с точки зрения общих правил было добивание после пенальти. Почему-то считалось, что если отбитый вратарем мяч снова попал к пенальтисту, то гол, забитый повторным ударом не должен засчитываться. Нужно обвести вратаря, либо получить пас от кого-то из партнеров. Вот только тогда все будет правильно. Таковы были «понятия». Все разговоры о том, что «вот тут по телевизору показывали», и кто-то забил гол после отраженного пенальти сразу, пресекались одной, но очень убедительной фразой — «Здесь тебе не „Пахтакор“.
Тем не менее, все это как-то заканчивалось миром. Но что было делать, если в определённое время, ближе к вечеру, кто-то, не желая нарываться на ссору с родителями, уходил домой. Играть в меньшинстве никому не хотелось, и обиженные судьбой требовали от соперника, чтобы и у них кто-то покинул поле. Говорилось так: „У нас Юрка вышел, пусть и у вас кто-нибудь выйдет“. Почему вышел, а не ушел, неизвестно. А поскольку решить кто именно должен „выйти“, не обидев партнера, нельзя, оставалась только ответить примерно так: „А Юрка сам ушел, мы его не прогоняли“. Как правило, игра продолжалась. И вероятность того, что вскоре „выйдет“ Андрюха из другой команды, и силы сравняются, была высока.
Это все по игре. Но вот кто-то выбил мяч в аут, и надо бежать за мячом. Одни говорят: „От вас мяч в аут ушел – вы и бегите“, – другие не спешат: „Ваш аут – вам и за мячом бежать“. Но доброхоты всегда находились. А вот если мяч залетел в чей-то палисадник, и хозяева известны своим „спокойным“ отношением к футболу, тут споров не было – спасать мяч шли все. И играть хотелось, и ценность мяча понимали все. Хороший, настоящий кожаный мяч, по тем меркам недешево стоил.
И хотя настоящий мяч, пусть даже со шнуровкой, был редкостью в тех дворах, а „пятнистый“ или, как тогда говорили, „олимпийский“ просто не продавался в магазинах, не оставить товарищам мяч, если его владелец уходит домой, было верхом неприличия. Все знали, что совершившему такое больше в этой компании играть не придется, каким бы замечательным его мяч ни был. Родители это понимали – случая не было, чтобы кто-то из старших пришел с требованием отдать мяч. Ну, а если бы кто-то посчитал, что мяч его отпрыска должен быть дома вместе с ним, то бежать за мячом ему пришлось весьма далеко. Старших, конечно, надо слушаться, но чувство обиды было столь же велико, сколь и силен удар. Куда мяч улетит, и как тяжело будет его достать, никого не беспокоило. Все это было, не со зла, а из серии „песню испортил“. Но такое бывало очень и очень редко.
Вот так жили и гоняли мяч ташкентские мальчишки. Давно все это было. А однажды автору этих строк пришлось пережить тяжелый момент. Через много лет, „забыв святое“ он прогнал мальчишек, колотящих мячом об стенку. Вечером пришлось выслушать от одного из родителей „изгнанных“:»Что же ты, делаешь?" – сказал обиженный друг детства, – «Ты же моего сына прогнал. Забыл, как нас с тобой гоняли?!!»


0 комментариев

  /